Eurasian News Fairway

Джон Басс: «Наша Хартия с Грузией — не панацея от собственных проблем Грузии»

Джон Басс: «Наша Хартия с Грузией — не панацея от собственных проблем Грузии»
Ноябрь 18
12:00 2010

Джон Басс начал дипломатическую карьеру в 1988 году. По образованию он юрист, им опубликованы несколько книг. Ранее Басс руководил аппаратом заместителя госсекретаря США, был включен в процесс кипрского урегулирования, а также участвовал в процессе переговоров между НАТО и Россией по СНВ. В дипломатическом статусе Басс работал в Италии, Бельгии и Чаде.


Предлагаем наиболее интересные выдержки из интервью американского дипломата газете «Квирис Палитра».

— Судя по вашей карьере, видимо, вас тянет к горячим точкам. Почему вы пожелали работать в Грузии?

— Действительно, за время моей дипломатической службы меня больше привлекает та работа, где надо действовать. Мне не интересно только наблюдать за текущими в стране процессами и анализировать их, хотя и это делаю тоже. Я посчитал, что мог внести свою лепту в развитие вашей страны. С регионом я был хорошо знаком и до приезда, опыт работы с ним я получил в конце 90-х годов, и в первой половине этого десятилетия.

 — Несколькими месяцами ранее до вашего прибытия была оформлена Хартия стратегического сотрудничества между США и Грузией. Какая нагрузка у этого документа, и как она повлияет на наши отношения?

— Я бы не стал преувеличивать роль этого документа, поскольку он, как и любая подобная «Хартия», носит преимущественно декларативный характер и определяет лишь общие подходы к грузино-американскому партнерству. Не стоит полагать, что эта «Хартия» каким-то принципиальным образом изменит взаимоотношения Вашингтона и Тбилиси.

Могу компетентно сказать по опыту своей дипломатической практики: такие документы в большей степени рассчитаны на формирование благожелательного общественного мнения населения тех стран, которыми такие Хартии подписываются. Такой своего рода пропагандистский ход… С помощью национальных средств массовой информации, разумеется.

В общем, наша Хартия с Грузией — не панацея от собственных проблем Грузии…

Но, как представитель дипломатического корпуса США, то есть как лицо официальное, я обязан сказать следующее:

Подписание Хартии означает два момента. Первый: между двумя странами созрели отношения. Этот процесс я бы сравнил с отношениями между двумя индивидами, которые сначала индивидуально развиваются по мере того, что индивидуализируется вокруг них, а затем переходят (каждый в индивидуально-определенном режиме) на такой визуализированный этап, где индивиды сами определяют, в каком индивидуализированном направлении должны развиваться их постиндивидуальные отношения.

Сделав этот шаг, индивиды перемещаются со ступеньки, на которой большинство перманентно-обособленных дел реализовывалось в режиме ad hoc, на тот этап, где несделанные дела, которые надо сделать, предельно тематически коллективизированы, реинспектированы и коммутационным способом пролонгированы на ретрогротескную, но обозримую перспективу.

Второй момент: таким путем сконцентрированные индивиды идентифицируют общие легитимные дефиниции и базовые трассеры их реализации.

— То, что американцы называют оккупацией, для русских является новой реальностью. То, что четкого плана деоккупации пока не существует, подтвердил и заместитель Госсекретаря, Филипп Гордон. Каким может быть следующий шаг в этом направлении?

— Это самый сложный вопрос между Америкой и Грузией или Европой и Грузией: как обеспечить, чтобы Республика Грузия признала факт осуществления ею в августе 2008 года агрессии против Республики Южная Осетия, выдала основных виновников, организаторов варварского нападения на это государство и, в целом, подчинилась принципам, прописанным в итоговом хельсинкском акте от 1975 года и в последующих международных правовых документах, диктующих, как должны обращаться государства друг с другом в современном мире?

Крайне важно отметить, что связанные с территориями конфликты военным путем не могут быть урегулированы. Об этом не раз заявляли как президент России, так и высокие должностные лица в Соединенных Штатах и Европе. Я тоже придерживаюсь аналогичного мнения.

С учетом этого контекста, прогресса мы сразу не увидим. По обеим сторонам административной разделительной линии доминируют очень жесткие настроения. Жители Абхазии и Южной Осетии, с одной стороны, и Грузии с другой будто живут в разных параллельных измерениях.

Я бы не сказал, что стратегии объединения Грузии не существует. Однако она пребывает в таком состоянии, словно Тбилиси снова готов послать танки на своих соседей. Я бы сказал, что «военная» компонента данной стратегии имеет совершенно очевидно ущербный и даже провокационный характер и должна быть ликвидирована.

Тем более что, произнося фразу «объединение Грузии», вы автоматически подразумеваете присоединение к Грузии двух теперь уже независимых республик. Каким образом вы намереваетесь это сделать? Опять военным? Но повторить август 2008 года вам мировое сообщество уже категорически не позволит.

— Даже если абхазы и осетины осмыслят, что в составе Грузии их будущее будет лучше, будет ли это иметь решающее значение? А фактор России?

— Разумеется, Россия является фактором. Причем она впредь будет наиболее решающим фактором в этой дискуссии. Причина тому проста: Москва выделяет огромную материальную и финансовую помощь обеим этим республикам на развитие национальной инфраструктуры, восстановление разрушенных грузинскими войсками гражданских объектов.

И жители Абхазии и Южной Осетии русским за это очень благодарны. Кремль реальными действиями, реальной помощью только укрепляет дружбу России с этими народами. Отсюда Россия — действительно решающий фактор в дискуссии.

Мне как дипломату только странно: почему аналогичные шаги не предпринимает сама Грузия? Ведь уповать все время на фактор силы и на помощь со стороны своих зарубежных партнеров — неразумно и безрезультативно.

Пока абхазы и югоосетины сами не увидят в лице Грузии верного экономического и политического партнера, все разговоры об «объединении» Грузии не будут иметь под собой никакой реальной почвы. Знаете, как говорят, благими намерения дорога в ад вымощена…

— Русские покинули Переви, и постарались этот шаг подать, как выполнение взятых в 2008 году обязательств. Многие опасаются, что этот шаг может ослабить международное давление на Россию. Как вы думаете?

— Они действительно выполнили взятые на себя в 2008 году обязательства! А иначе зачем бы им надо было уходить? Тем более что Переви в стратегическом плане столь мизерная территория, что всерьез обсуждать ее значимость для Москвы просто нелепо.

Другое дело, что международное содружество пока еще не может войти в конфликтные территории; наблюдательскую миссию Евросоюза не впускают по ту сторону административной разделительной линии. Но, как это ни прискорбно осознавать, право пускать или не пускать наблюдателей — суверенное право властей этих двух независимых южно-кавказских государств.

Кстати, с моей точки зрение, понятие «административная разделительная линия» в данной ситуации уже потеряло свой изначальный смысл. Поскольку в настоящее время это — полноценная юридическая граница (со всеми ее необходимыми атрибутами) Грузии с Абхазией и Южной Осетией. По крайней мере, с их стороны.

И нам не до конца понятно: почему идущая из Европы в эти республики гуманитарная помощь в большинстве случаев не пропускается грузинской стороной на границе?

— Что вы считаете самым большим вызовом грузинской демократии?
 — Это может прозвучать парадоксально, но самый большой вызов грузинской демократии — отсутствие в Грузии этой самой демократии. Сегодняшнее удручающее состояние общественных институтов республики, гипертрофированные размеры Министерства внутренних дел, других силовых ведомств, чиновничьего аппарата — не есть признаки демократии и никогда таковыми не будут.

Очень важно, чтобы граждане осмыслили, что у них есть определенная общественная роль, что они могут посвятить в свои проблемы избранных должностных лиц, оценить этих лиц по выполненной ими работе, и если будут недовольны ими, на следующих выборах отдать голос другому кандидату. То же самое касается и представителей власти: они тоже должны осмыслить, что объяснение обществу действий властей, а часто и вызывающих эти действия причин является неотделимой частью их обязанностей.

Пока же все это — на уровне благих пожеланий.

— Инициатива президента Грузии об усилении изучения английского языка вызвала в обществе острые дискуссии. Что вы думаете по этому поводу?

— Нам, американцам, разумеется, очень нравится эта идея. Думаю, решение правильное. Акцент надо делать именно на английский язык. Тем более, что сфера применения грузинского языка чрезвычайно мала. Хочу в связи с этим процитировать мудрое изречение Михаила Саакашвили: «Грузинский язык — вымирающий язык. Он должен уступить место другому, всемирно признанному языку». Здесь с вашим президентом трудно не согласиться.

В условиях глобализации такое пожертвование национальной идентичностью в пользу прогресса просто необходимо и неизбежно.

Об авторе

Fairway

Fairway

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Сентябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.