Eurasian News Fairway

Причинно-следственные связи планетарного кризиса

Причинно-следственные связи планетарного кризиса
Декабрь 09
12:00 2008

Теоретические выкладки о планетарной угрозе краха мировых финансов, выстроенных вокруг доллара, как мировой резервной валюты, появились более 20 лет назад. (Пол Кеннеди «Взлет и падение супердержавы», известная работа Пауля Фрица «Неминуемый крах доллара»). Во многих источниках имеются данные о росте государственного долга США, дефиците платежного баланса, внешнеторговом дефиците. Достаточно сказать, что на долю США приходится 40% мирового потребления. Что характерно, при этом источники почему-то предпочитают умалчивать, что практически структура этого потребления — это результаты овеществленного материального труда других стран. При этом в магической огромной цифре Американского ВВП собственно производство товаров составляет не более 25%, включая такие специфические вещи, как вооружение и прочую сопутствующую атрибутику. Как справедливо замечает современный российский исследователь А.Паршев, сегодня в Америке в продаже практически невозможно обнаружить товары американского происхождения. Это вызвано процессами деиндустрилизации американской экономики, идущими уже несколько десятилетий.

Финансирование дефицита внешнеторгового баланса, военного бюджета, а также расходы по ведению агрессивных войн в Югославии, Ираке и Афганистане, а также содержание русофобских режимов в бывших странах соцлагеря и СССР, а также финансирование 5-х колонн в Россиии некоторых других странах, привело к изменению характера математической картины Американской государственной задолженности.

К началу президентства Буша-младшего рост бюджетного дефицита и госдолга имели линейный характер (росли прямо пропорционально). Такой характер роста этих параметров давал хотя бы теоретическую призрачную возможность избежать грядущего финансового кризиса. Однако, начиная с 2006 года рост бюджетного дефицита меняет математический характер: из линейного он становится геометрически прогрессивным (растет, как парабола). Объективно этому способствуют рост цен на нефть, реальные поползновения Европы к введению евро, медленное, но верное курсовое понижение доллара.

Что же в это время (после 1999 г.) делают российские финансовые власти? По существу, решают двуединую задачу: проблемы освобождения от долговой зависимости и принятия бездефицитного бюджета. К концу 2002 года уже видны реальные результаты, поскольку инфляция замедлилась, доллар перестал расти на ММВБ, индекс РТС превысил докризисные максимумы в 2 раза.

Приблизительно с этого же времени мы наблюдаем резкую активизацию 5-й колонны, структурированное вокруг капитала Березовского, Ходорковского, Гусинского, а также их попутчиков и эвентуальных союзников, входящих в правозащитные организации, СМИ, местные администрации, депутатский корпус на федеральном и субъектном уровне.

В данном контексте следует уточнить экономический и тесно с ним связанный правовой аспект. Фондовый рынок России (ФРР) тянулся вверх, начиная с 2003 года весьма быстро, что в сочетании с укреплением рубля и относительно «очищенной» после 1998 года банковской системой у многих породило иллюзии устойчивости экономики в целом и финансов в частности. Но при этом рост фондового рынка, как процесс, был весь подвержен воздействиям, порожденным его правовой уязвимостью.

При всей атлантической заангажированности мировых рейтинговых агентств следует безоговорочно принять их обвинения в том, что инвестор на российских финансовых рынках защищен весьма слабо.

Словесное зазывательство на ФРР в период 2002–2004 гг. не сопровождалось принятием таких законодательных актов, как законы об инсайдерской информации, рейдерстве, ответственности за злоупотребления топ-менеджментом корпораций должностными полномочиями (включая и меры по введению новых составов уголовной ответственности). В этот период российский ФР рынок и приобрел те черты уязвимости, которые сохраняются и по настоящее время. Поэтому решительные действия властей весной 2004 года против «ЮКОСа» и Ходорковского и породили 9-месячную стагнацию на фондовом рынке.

Ставка рефинансирования снижалась поэтапно до 10% , однако на этом уровне потенциал снижения был нейтрализован инфляционной политикой Центробанка, главной отличительной чертой которой являлось искусственное сдерживание роста курса рубля против доллара, а также впоследствии и евро. Такая политика ЦБ вполне устраивала Министерство финансов и до определенной степени — Министерство экономического развития.

Действительно, имея после 2004 г. восходящий генеральный тренд цен на нефть, г-ну Кудрину ровным счетом ничего не стоило сверстывать бюджеты с открытым сверху профицитом, а затем в конце года блестяще отчитываться и о новых поступлениях сверх запланированного, и о накопленных миллиардах в Стабилизационном фонде. Однако при этом и Кудрин, и Игнатьев скромно молчали о развитии негативных явлений в финансах и экономике в целом, которые были порождены Кудринско-Игнатьевской политикой сдерживания курса рубля. Поток ничем не подкрепленных излишних нефтерублей устремился в 2 наиболее доходных адреса: на фондовый рынок и рынок недвижимости.

Министерство финансов тем временем весьма затейливо распорядилось нефтедолларами, аккумулированными в Стабфонде: до 20% его были истрачены на бумаги концернов «Фанни Мэй», «Фреди Мак» и прочие долларовые инструменты.

При этом и тот и другой сектора имели совершенно разную природу и привлекательности и уязвимости: фондовый рынок имел потенциально недооценные бумаги, при этом права инвесторов не были защищены, отчетность непрозрачна, а доходность низка (на долговом рынке доходность и банковских вкладов и облигаций оставалась относительно высокой). Это породило при наличии отсутствия ответственности за использование инсайдерской информации «надувание», а потом «схлопывание» небольших «пузырей» по отдельным позициям фондового рынка.

Первый пример — игра с акциями «ЮКОСа» в 2004 году. Явный инсайд в этом случае состоял в том, что за день-два до начала очередных торгов отдельным игрокам были известны предстоящие действия прокуратуры.

Топтанию на месте фондового рынка способствовало также эгоистическое (если не сказать более резко) поведение руководства ряда корпораций, преимущественно с высокой долей государственного участия.

Показатель P/L ratio (эффективная доходность ценной бумаги, дивиденд либо процентная выплата, отнесенные к котировке; может быть и мгновенной и осредненной, а также и по факту приобретения инвестором) до сих пор мог различаться на 2 порядка. Для кого, в таком случае, могут быть завлекательны астрономические прибыли того же Сбербанка, если на дивиденды Совет директоров СБ отчислял и продолжает отчислять жалкие копейки?

В этих самых «директорских советах» корпораций с большим государственным участием продолжают заседать госчиновники, и более, чем очевидно, что миллионные бонусы интересуют их значительно больше, чем интересы государства и общества. А также, в частности, и поддержка фондового сектора, поскольку нормальный частный инвестор скорее реинвестирует полученные дивиденды, чем пустит их на собственное потребление. Необходимость же введения института доверенных государственных лиц остается пока публичным намерением.
В области же недвижимости в целом и жилья в частности ситуация предельно проста и понятна: обеспеченность современным против потребностей жильем не выше 25%. Доходность строительных корпораций в Москве до 120%, поэтому рынок недвижимости и земельных участков есть тот самый адрес, куда идут преимущественно Кудринско-Игнатьевские пустые нефтерубли.

По большому счету руководство страной упустило вчистую 2 фундаментальные и связанные политические задачи: повышения экономической самодостаточности России и укрепления ее денежной единицы. Понимание этих истин по силам маргинальным политическим группам, но слишком высокая материя для ведущих политических партий и профильных министерств и ведомств: Центробанка, Минфина, Минэкономразвития, ФСФР.

Вследствие недопонимания этих вещей «задачи по созданию экономики высоких технологий фактически сорваны» (Д.А.Медведев).

Реально на данный момент в России тают валютные резервы, что в сопоставлении с госдолгом нестрашно, но в сравнении с долгом совокупным (государственный плюс корпоративный = 40 + 400 миллиардов долларов) уже не вызывает оптимизма.

Для РФ основная опасность от внешних факторов состоит в том, что крах долларовой пирамиды, по мнению ряда аналитиков, дело не ближайших лет, а месяцев, и в нем наша страна окажется в пассивной роли. Для погашения корпоративных долгов неминуемо потребуется государственное участие. В противном случае инфляционная рублевая масса пойдет на внутренний валютный рынок и сама собой решит главную задачу нашего вселенского врага: вновь сделает российскую финансовую систему слабой.

Это, в свою очередь, реально может спровоцировать волну банкротств банков, поскольку и в ипотеке и на фондовом рынке завязан банковский капитал, притом в весьма больших объемах. Следом — кризис неплатежей, потери сбережений населением и рост социальной напряженности, усугубленный свертыванием социальных программ (чреватый массовыми социальными протестами, прежде всего — в дотационных регионах).

В данной ситуации нельзя исключить внутренние попытки ревизии политического курса (включая имеющиеся в нем рациональные моменты), а также как следствие реального бюджетного сжатия — невозможность для Москвы повышения обороны и безопасности страны, влекущая за собой возможные действия внешних сил по расчленению России.

Если же долларовая пирамида начнет рушиться (точнее, появятся первые сигналы ее обрушения), США могут пойти на военные авантюры, либо на их провоцирование в регионах политической напряженности «с перспективой втягивания них России» (оговорка Дж.Байдена во время предвыборной компании).

Также весьма серьезную субъективную угрозу представляет, к сожалению, сложившийся негативный кадровый отбор и кадровое продвижение людей некомпетентных и нечестных (в том числе с компрометирующим прошлым) как на федеральном, так и местном уровнях.

В существующих обстоятельствах участие Российской Федерации (с ее порядочно травмированной финансовой системой) в военном конфликте может существенно усилить обозначенные выше потенциальные угрозы, даже если в ближайшие полтора месяца обозначатся признаки экономической стабилизации.

Реализации обозначенной цепи угроз могут способствовать ошибочные и запоздалые действия перечисленных выше ведомств, а также прямой экономический саботаж в форме ценовых сговоров и злонамеренная дезинформация населения через СМИ.

Об авторе

Лавринский Александр

Лавринский Александр

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Октябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.