Eurasian News Fairway

Энергетическое противостояние

Энергетическое противостояние
Май 15
12:00 2009

Аналитическое сообщество уже неоднократно заявляло, что Китай на сегодняшний день рассматривается Соединенными Штатами как будущий опасный соперник в экономической и военной области, что в значительной степени предопределяет возможную политику Вашингтона по перекрытию КНР доступа к нефти Персидского залива.

Учитывая бесперспективность долговременных экспортных планов в отношении Венесуэлы, Пекин оказывается в ситуации выбора: разработка новых нефтяных месторождений внутри страны или поиск экспортной альтернативы, в качестве которой на сегодняшний день может выступать только Россия (месторождения Дальнего Востока и Сибири).

(Разработка нефтезалежей в самой КНР возможна как на морском шельфе, так и на суше — прежде всего в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, где возможные запасы нефти могут составлять до 18 млрд. тонн. Однако, по оценкам самих китайских нефтяников, ежегодная добыча нефти в Синцзянь-уйгурском автономном районе к 20012 году составит около 50 млн. т.г., что недостаточно для экономики Китая.
Возможные запасы углеводородного сырья на шельфе Южно-Китайского моря оцениваются в 10–15 млрд. т., однако из них непосредственно на китайский участок приходится только 2–4 млрд. т.)

Следует отметить, что в КНР все более детально изучается еще один, возможно более легкий выход, позволяющий решить одновременно проблемы обеспечения нефтью, газом (практически на все время его возможной мировой добычи) и работой значительной части своего населения — «ресурсная» экспансия восточных территорий Российской Федерации.

(Предполагается, что Соединенные Штаты на первом этапе подобной экспансии займут нейтральную позицию с целью создания у Китая «иллюзии согласия» Вашингтона с попыткой передела мировых ресурсов.)

Привлекательность восточных территорий РФ (в контексте энергоресурсов) для КНР объясняется следующими фактами:

Основные доказанные запасы нефти и газа России сосредоточены в Западной Сибири. Общая оценка доказанных нефтересурсов РФ варьируется от 7,5 млрд. тонн (British Petroleum, Oil&Gas Journal, World Oil) до 12 млрд. т. (Всемирный Банк), и, в отдельных случаях, до 18,7 млрд. т. (International Petroleum Encyclopedia).
Вместе с тем, значительная часть западносибирских месторождений уже вошла в период спада ДН, что послужило поводом к пересмотру планировавшихся источников нефти для трубопровода из России в Китай, договоренность о строительстве которого уже достигнута. В результате было принято решение ориентироваться на Юрубчено-Тохомскую зону (ЮТЗ) Восточной Сибири, запасы которой оцениваются в 0,9–1,1 млрд. тонн.

Китайская сторона учитывает и то обстоятельство, что потенциал Восточной Сибири исследован недостаточно и может оказаться значительно выше современных прогнозных показателей. В частности, на Дальнем Востоке разведанность по нефти составляет только 5 %, по газу -6,5 %. Прогнозные же запасы дальневосточного углеводородного сырья (вместе с морским шельфом) по общим оценкам превышают все доказанные запасы КНР.

Таким образом, в условиях блокирования Китая Соединенными Штатами от нефти Персидского залива, совокупные запасы внутри КНР, на территории Сибири и Дальнего Востока РФ могут обеспечить развитие китайской экономики на три-четыре десятилетия (даже с учетом использования их значительной части самой Россией).

В значительной мере ситуация будет определяться «успехами» США в монополизации основных мировых запасов углеводородов. Скорее всего в период между выводом американских войск из Ирака и окончанием процесса монопольного овладения ресурсами, цены на нефть расти не будут, а наоборот существенно снизятся, благодаря возможности Соединенных Штатов полностью распоряжаться иракской нефтью.

(Применительно к Венесуэле, вызванное снижением нефтяных цен падение жизненного уровня в стране сможет привести к замене Вашингтоном действующего президента на более предпочтительное лицо и, тем самым, облегчить аналогичную «замену» в странах Персидского залива, прежде всего в Саудовской Аравии, обладающей самыми значительными запасами нефти в регионе.)

Китаю, импортирующему нефть, выгодны низкие цены на углеводородное сырье. Блокировать же его поступление в КНР Америка, не имея еще монопольного контроля над всеми основными экспортерами Персидского залива, в ближайшие годы не сможет. Но по достижению данного статуса США инициируют повышение стоимости нефти до уровня, с высокой степенью вероятности неприемлемого для Китая.

Однако стоимость российского углеводородного сырья высока для КНР уже в настоящее время. Так, только за 2008-й год ставки вывозных таможенных пошлин повысились с 15 до 32 евро за тонну, и их дальнейший рост (в условиях выплат Россией по внешним долгам) не вызывает сомнений. Достаточно проблематична и транспортировка нефти по будущему трубопроводу из Ангарска: предполагается, что она будет обходиться в 30 долларов за тонну, в то время как ее транспортные поставки из Омана стоят 10 долл./т. А в условиях резкого подъема цен на нефть (после завершения монополизации Соединенными Штатами ресурсов Персидского залива) стоимость российских углеводородов станет для Пекина практически недоступна.

Отмечается также и определенная ограниченность нефтезапасов самой Российской Федерации. По официальным данным, при современном уровне добычи (около 400 млн. тонн/год), доказанных ресурсов хватит ориентировочно до конца следующего — начала третьего десятилетия. Поэтому перенаправление основного потока этой нефти в Китай рассматривается КНР как уже предопределенный процесс. Тем более что доказанные запасы могут сократиться на 45–50 %, но на решение вопроса о их разделе с РФ Китай не пойдет.

(Под «активной фазой» подразумеваются действия Китая по установлению прямого или опосредованного контроля (в той или иной форме) над экспортом (по ряду прогнозов — и над добычей) российской нефти в Сибири и на Дальнем Востоке, что безусловно вызовет активное противодействие отечественных компаний и правительства РФ. Даже если в целях минимизации конфликта Китай предложит цены, близкие к современным общемировым, положительное решение также не будет достигнуто, поскольку общая ценовая политика к этому времени будет определяться США как монополистом основных нефтересурсов.)

В краткосрочной перспективе в условиях низких цен на нефть, активные действия, направленные на овладение российскими ресурсами, КНР предпринимать не будет. Более вероятна ситуация с миграцией в несколько миллионов, возможно целенаправленной и ориентированной на подготовку плацдарма для будущих активных действий. Однако к 2012–14 годам (сроки будут определяться завершением процесса захвата Соединенными Штатами ресурсов Персидского залива) можно ожидать изменения темпов и характера экспансии.

Нельзя в данном контексте сбрасывать со счетов и угрозу климатическо-экологического кризиса для Китая.

Данный кризис, связанный с истощением почв, увеличением частоты и силы засух, и вызываемым этими факторами падением урожаев (наиболее заметным в последние годы), нарастанием дефицита пресной воды, загрязнением атмосферы промышленными выбросами, способен резко увеличить массовую миграцию китайцев на территорию России.

Китай с населением, превышающим 1400 млн. человек, может засевать не более 110 млн. га пашни, что крайне недостаточно в пересчете на одного человека (в США посевные площади больше в 2 раза при населении, меньшим в 5 раз). При этом площадь пашни в КНР ежегодно сокращается. Треть всей территории республики подвержено эрозии, вызванной нерациональным землепользованием — массовой вырубкой лесов, бесконтрольным выпасом скота, чрезмерной обработкой земель химикатами и т.д.

В стране происходит быстрое опустынивание (около 2000 кв. км в год), преимущественно в районах Синьцзяна и Внутренней Монголии. Ежегодно до 1 млн. га изымаются из сельхозоборота за счет индустриализации и роста городов. Более 7 млн. гектаров утрачено в результате засоления почв и еще столько же загрязнено выбросами промышленных отходов. Прогнозируется, что в ближайшие 20 лет будет полностью потеряно 10 % обрабатываемых земель, а основной их массив подвергнется эрозии. При продолжающемся росте населения (за этот же период предположительно на 300–400 млн. человек) данное обстоятельство может иметь для Китая «самые серьезные последствия».

Положение усугубляется систематической нехваткой пресной воды, сильной зональной неравномерностью распределения осадков, что приводит к многочисленным засухам и наводнениям (часто на одной и той же территории). Причем половина всей обрабатываемой земли в КНР расположена именно в засушливых районах, что требует интенсивного искусственного орошения. Из-за нехватки воды сельское хозяйство в северных регионах республики вынужденно отказываться от практики получения 2-х урожаев в год.

Об авторе

Мансуров Рустам

Мансуров Рустам

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Декабрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.