Eurasian News Fairway

Афганистан

Афганистан
Октябрь 23
12:00 2003

Военная фаза (официальная) контртеррористической операции в Афганистане давно закончена. И естественно, что военные эксперты стремятся проанализировать не только ее ход и результаты, но и возможные последствия для афганского народа.

Мнения высказываются не просто несхожие, а порой диаметрально противоположные. Поэтому хотелось бы обратиться к наиболее компетентным суждениям. В частности, экспертов «Военно-научного центра» Министерства обороны Республики Казахстан . (Да простят меня наши российские аналитики!)

Так вот, по оценкам специалистов «ВНЦ», накануне и в процессе военной фазы контртеррористической операции (КТО) в Афганистане решающим фактором действий сил антиталибской коалиции явилось «масштабное и жесткое взаимодействие в военной области».

По мнению аналитиков «Центра», несмотря на дававшиеся в начале ноября 2001 г. прогнозы о начале в Афганистане затяжной позиционной войны, уже через короткое время необходимость в проведении крупномасштабной сухопутной операции (которую считали неизбежной) отпала. Эти успехи были достигнуты, прежде всего, за счет «четко организованного взаимодействия между всеми противниками талибов по всем направлениям военной акции», главная роль в организации которой принадлежала США и России.

В расчет бралось то обстоятельство, что в Афганистане (в отличии от Югославии) фактически нет стратегически важных объектов, разрушение и уничтожение которых автоматически приведет к потере боеспособности вооруженных формирований талибов. Поэтому «одолеть их можно было лишь при помощи хорошо спланированной воздушно-наземной операции».

Однако в силу специфики акции и прогнозируемой реакции на нее мусульманского мира создавать войсковую группировку численностью в десятки тысяч человек Соединенные Штаты не имели возможности, поскольку «ситуация была абсолютно не похожа на ту, которая сложилась в 1991 году в зоне Персидского залива, когда Саудовская Аравия предоставила свою территорию в распоряжение многонациональных сил». Встал вопрос об организации взаимодействия всех сил, заинтересованных в ликвидации движения «Талибан»: основной ударной силой на сухопутном фронте стал антиталибский Северный альянс, уже получавший к этому времени помощь от Российской Федерации.

По утверждению экспертов казахского «ВНЦ», именно после настойчивой просьбы России Раббани дал команду на выдвижение 20-тысячной группировки в направлении Кабула. В свою очередь, американское руководство обеспечило ее поддержку с воздуха. «Благодаря поставкам альянсу российской техники и вооружений на сумму 45 млн. долл. вероятность успеха значительно увеличилась». Важную роль на данном этапе сыграла и достигнутая договоренность об использовании США и их союзниками аэродромов в Таджикистане и Узбекистане.

На первом этапе американская авиация разбомбила тылы движения «Талибан», а затем перенесла усилия на уничтожение его сил по линии боевого соприкосновения с войсками Северного альянса. В этих целях с начала ноября 2001 г. выполнялось до 80% всех боевых вылетов.

Одновременно на всей территории Афганистана продолжалось уничтожение боевой техники и транспортных средств талибов. В решении этой задачи важную роль сыграли летающие радары E-8 и стратегические беспилотные самолеты «Глобал Хок», предназначенные для обнаружения наземной техники и наведения на нее ударных самолетов. Тем самым талибы были «практически лишены возможности маневрировать войсками, перебрасывать резервы и снабжать свои войска на линии фронта.»

Как считают специалисты «НВЦ», хроника боевых действий в ИГА подтвердила правильность избранной стратегии проведения операции. Уже в течение первых суток операции был взят Мазари-Шариф, после чего войска генерала Дустума пробили коридор от этого города к переправам на реке Пяндж, по которым с 12.11.2001 г. было организовано снабжение войск Северного альянса из Узбекистана.

Одновременно силами Дустума и Фахима талибы были оттеснены из города Кундуз, тем самым была открыта дорога к Баглану и далее — к перевалу Саланг. В результате наступления сил генерала Фахима в южном направлении из района авиабазы Баграм к конце 12 ноября талибы оставили Кабул. В этот же день силы под командованием Исмаил Хана сумели освободить Герат, и к концу 13.11.2001 г. войска Северного альянса захватили Джелалабад.

Вместе с тем, боевики режима муллы Омара сдавали позиции достаточно дисциплинированно, отступая организованно и сосредоточив в районе Кандагара боевую технику и свои основные силы. После приближения пуштунских отрядов под руководством Хамида Карзая, а также ударов ВВС США лидер движения «Талибан» мулла Мохаммад Омар отказался от власти и руководства движением в пользу Мохаммади Баба.

В итоге талибы сконцентрировались в укрепленных пещерах и бункерах горного района Тора Бора, южнее Джелалабада. С целью их уничтожения американской авиацией были применены объемно-детонирующие и проникающие боеприпасы, что позволило силам объединенного антиталибского фронта при поддержке танков и артиллерии в ходе штурма захватить укрепленные сооружения.

Казахские эксперты особое внимание уделяют факту «относительно легкой победы» ОАФ на «Талибаном», считавшимся региональным геополитическим лидером.

В качестве основных причин называются:

  • полная международная изоляция талибов;
  • надежное перекрытие каналов поступления к ним финансовой и материально-технической помощи из-за рубежа;
  • применение антитеррористическим альянсом тактики прямого подкупа ряда полевых командиров (прежде всего — пуштунских).

Немаловажен и тот факт, что в КТО в результате дипломатического давления были вынуждены участвовать Пакистан и другие мусульманские страны, «непосредственно оказывая помощь альянсу, либо просто не создавая помех».

(Сотрудники «НАЦ» считают, что в самом Пакистане перемены «заметны уже сегодня»: учитывая, что Исламабад до конца отстаивал проталибскую позицию и требовал обязательного включения в переходное правительство «умеренных» талибов, поздравление президентом Пакистана Первезом Мушаррафом Хамида Карзая с назначением на пост премьер-министра «можно расценивать как весьма символичный жест».)

После перекрытия большинства каналов оказания боевикам финансовой помощи, поставок вооружения, военной техники, боеприпасов, продовольствия и медикаментами арабские и пакистанские наемники начали уходить на территорию Пакистана.

Таким образом, «тесное взаимодействие заинтересованных в ликвидации режима талибов сил по всем направлениям, в том числе и в военной области, позволило сломить их организованное сопротивление в предельно короткие сроки…».

Вместе с тем, по оценкам сотрудников «ВНЦ», говорить об успешном завершении антитеррористической операции в ИГА «явно преждевременно», поскольку, несмотря на достигнутые военные успехи, «нет ответа на вопрос: где находится основная масса боевиков «Талибана»…».

Казахские эксперты выдвигают по этому поводу две основные версии:

1. Талибы «растворились» среди мирного населения и рассредоточились в горах Афганистана, сохранив при этом организационную структуру и вооружение, в ожидании благоприятных условий для новой дестабилизации обстановки в государстве. Допускается, что если ситуация в ИГА (периодические столкновения родовых и этнических кланов и т.п.) не будет нормализована, остатки талибских формирований вновь объединятся и попытаются в очередной раз захватить власть в стране.

В пользу этой версии говорит тот факт, что не менее половины талибов (по утверждению представителей Объединенного антиталибского фронта) после сдачи в плен были частично распущены по домам, частично вступили в ряды самого ОАФ. Тысячи бывших участников движения «Талибан» в настоящее время принимаются на службу в новую афганскую армию. Например, в подразделениях, дислоцируемых в Кандагаре, официально из их числа уже находится около 1200 человек. Таким образом «имеются все основания опасаться формирования пятой колонны».

2. «Талибан» было изначально чуждым элементом в жизни афганского общества. И хотя под его контролем было до 90% территории ИГА, оно не представляло собой государствообразующего движения с четкой структурой организации власти и прочими государственными атрибутами и продержалось несколько лет благодаря исключительно внешней материально-технической и финансовой поддержке. «Как только стало понятно, что талибы перестали служить своей цели, движение как таковое исчезло с политической арены».

С учетом особых отношений «Талибана» со странами-спонсорами (в первую очередь с Пакистаном) предполагается, что «именно оттуда им последовало указание прекратить сопротивление и покинуть территорию Афганистана». Есть основания считать, что талибы ушли в большинстве случаев именно в Пакистан. Особенно это касается иностранных наемников и полевых командиров. Свидетельством тому — часто встречающиеся в СМИ сообщения о том, что приближенные муллы Омара обосновываются в приграничных с Афганистаном пакистанских провинциях (прежде всего в Белуджистане).

В качестве подтверждения может служить также пример с талибами из Кундуза. Отряды Северного альянса длительное время не могли взять этот город, оказавшийся в кольце изоляции. Как признавались позже перешедшие на сторону ОАФ талибские боевики, они «были готовы и раньше сдаться, если бы не удерживали талибы-иностранцы: пакистанцы, арабы, чеченцы и другие», которых в городе насчитывалось от 3 до 5,5 тысяч человек. Когда же 24.11.2003 г. войска Северного альянса вошли в Кундуз, им сдался только рядовой состав «Талибана» — афганцы, большинство же иностранных наемников и полевых командиров обнаружено не было.

По данным разведки антиталибской коалиции, за несколько дней до взятия Кундуза, в городе приземлилось несколько самолетов военно-транспортной авиации без опознавательных знаков, которые «в срочном порядке» вывезли лидеров талибов, пакистанских военнослужащих и арабов. Афганцы не сомневаются, что воздушные суда принадлежали Пакистану. Вполне вероятно, что по аналогичной схеме действовали талибы в Кабуле и ряде других крупных городов.

Таким образом, по мнению аналитиков «ВНЦ», наиболее агрессивные члены движения «Талибан», будучи иностранными гражданами, с высокой степенью вероятности покинули территорию страны. Местные же талибы «инфильтрировались в массу рядовых граждан или официально стали солдатами формируемых ВС ИГА.»

В качестве одного из важнейших факторов дальнейшей нормализации обстановки в Афганистане называется пресечение «спонсорской» помощи остаткам талибских вооруженных формирований, ликвидация коммуникаций их обеспечения из-за рубежа и, тем самым, недопущение начала активной партизанской войны. Любая оппозиционная центральным властям группировка в ИГА всегда опиралась преимущественно на внешнюю помощь. Так было во время пребывания в Афганистане советских войск с моджахедами Пешаварского альянса. Аналогичная ситуация повторилась с Северным альянсом и движением «Талибан».

Однако, по утверждению экспертов, несмотря на избрание в стране легитимных органов власти, в «постталибском» Афганистане обозначился комплекс проблем, способных вновь дестабилизировать обстановку в ИГА.

Так, практически сразу после подписания Боннского соглашения возник конфликт интересов между главой афганской администрации и генералом Дустумом. И хотя последний, в конечном итоге, все-таки согласился сотрудничать с новой властью, само возникновение этого противостояния дает основание говорить о нерешенности многих вопросов во взаимоотношениях лидеров ИГА. Тем более, что сам Х.Карзай является «довольно нестандартным политиком, и потому его действия вряд ли будут всегда сочетаться с пожеланиями внешних сил».

Нельзя не учитывать и то обстоятельство, что сам ОАФ не является монолитной структурой. Политические запросы и ожидания каждой из входящих в него группировок пока не удовлетворены, и не исключено, что рано или поздно они «потребуют своей доли во власти». Подтверждение — боевые столкновения в Гардезе, возникшие в результате претензий полевых командиров на приоритетное положение в стране.

Подытоживая, аналитики «ВНЦ» МО РК приходят ко мнению о том, что сам факт удачного проведения первой фазы контртеррористической операции в Афганистане «не гарантирует» послевоенную стабилизацию военно-политической обстановки в ИГА, поскольку в стране сохранились как проталибские группировки, так и враждующие между собой этноконфессиональные кланы. Присутствие же в Афганистане международного миротворческого контингента «не является решающим фактором в обеспечении гражданской стабильности», поскольку основной задачей ММК выступает выявление и пресечение деятельности террористических формирований, а не ликвидация родоплеменных конфликтов.
P.S. Ну что ж, можно соглашаться, а можно и нет. В одном спорить с казахскими военными бессмысленно: после завершения операции драка между местными удельными князьками (кою талибы пресекали на корню) за власть многократно усилилась. Причем усилилась при открытом пренебрежении к присутствию в Афганистане зарубежных миротворцев. Чем это закончится — никто не знает.

Владимир Карпов

Об авторе

Карпов Владимир

Карпов Владимир

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Август 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июл    
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.