Eurasian News Fairway

Центральная Азия в контексте всеобщей глобализации

Центральная Азия в контексте всеобщей глобализации
Октябрь 23
12:00 2003

Совершенно очевидно, что отличительной чертой современного мира является тенденция его развития в направлении так называемой глобализации. Но давайте для начала попробуем определиться с самим терминологическим аппаратом.

Несмотря на то, что термин «глобализация» получил уже весьма широкое распространение, достаточно четкого определения этого термина все еще не существует, и поэтому нередко различные авторы, используя его, пытаются предварительно сформулировать свое понимание этого явления, трактуют его слишком широко и используют в самых разных значениях. Хотя, разумеется, на интуитивном уровне есть достаточно близкое понимание понятия глобализации, которое в более общем виде включает в себя «резкое расширение и усложнение взаимосвязей и взаимозависимостей как людей, так и государств, что выражается в процессах формирования планетарного информационного пространства, мирового рынка капиталов, товаров и рабочей силы, в интернационализации проблем техногенного воздействия на природную среду, межэтнических и межконфессиональных конфликтов и безопасности». (Н.Иванов. «Глобализация и проблемы оптимальной стратегии развития» — «МЭиМО», № 2, 2000, стр. 15.)

Некоторые авторы достаточно лаконично определяют глобализацию как «высшую на данный момент фазу интернационализации (интеграции) экономики и политики, а в зачаточном состоянии — и культуры» (В.Пефтиев, В.Черновская. «Развивающийся мир: глобализация или регионализация?» — «МЭиМО», № 7, 2000, стр. 39).

По мнению же президента Казахстана Н.Назарбаева, глобализация — «веление времени, которое невозможно затормозить или отменить, базирующееся на тенденциях развития мировой экономики, совершенствовании компьютерных технологий, создании единого информационного пространства…». И хотя в этом высказывании Н.Назарбаева не содержится попытки дать четкого определения глобализации (справедливости ради надо сказать, что на сегодняшний день сделать этого никому не удалось), в нем, на наш взгляд, отмечены два безусловно важнейших компонента глобализации: интернационализация экономики и быстро прогрессирующая тенденция к созданию единого глобального информационного пространства на основе новейших информационных технологий.

Конечно же, новые независимые страны Азии, которые не занимают сколько-нибудь заметного места в мировой экономике и не являются обладателями новейших информационных технологий, не могут активно воздействовать на процессы глобализации. Однако, как самостоятельные участники международных отношений, они испытывают на себе очень сильное воздействие этих процессов, которые имеют для них и позитивные, и негативные последствия. И, конечно же, им приходится учитывать эти процессы в своей внешней политике.

Как совершенно справедливо отмечает эксперт International Center of Social & Рolitical Research (Израиль) В. Бабак, глобализация ничего не изменила в таком болезненном для беднейших стран явлении как неравномерность экономического развития, которая закрепляет зависимое положение беднейших стран мира от высоко развитых стран. Более того, она даже способствует закреплению неравенства государств в масштабе планеты. Происходит глобальное перераспределение доходов в пользу индустриально развитого мира, использующего для этого такие международные финансово-экономические институты как МВФ, Всемирный Банк, Всемирную Торговую Организацию и др.

В то же время, в сложившейся международной системе разделения труда за основной массой развивающихся стран, фактически, сохраняется их прежняя функция поставщиков природных ресурсов и дешевой рабочей силы. И в обозримом будущем им предстоит оставаться объектом эксплуатации и источником колоссальных доходов для высоко развитых стран. И совершенно очевидно, что имеет место некоторый парадокс — на гребне процесса универсальной модернизации произошло устойчивое социальное расслоение мира.

Огромную роль в процессе глобализации мировой экономики играют транснациональные корпорации. Первые ТНК появились еще в конце Х1Х века, и их деятельность была связана с разработкой сырьевых ресурсов бывших колоний. С тех пор в своем развитии они прошли уже несколько этапов. Во второй половине ХХ века они активно способствовали интернационализации мирового производства, в частности, путем продвижения достижений научно-технической революции в менее развитые страны. Начиная с 80-х годов прошлого века начали появляться глобальные ТНК, которые действуют в мировом масштабе. Для них характерно создание целой системы филиалов и предприятий с унифицированной системой производственных стандартов, единой системой учета и управляемых на основе новых информационных технологий.

К концу ХХ века ТНК контролировали до половины мирового промышленного производства, более трех пятых мировой внешней торговли, а также примерно четыре пятых патентов и лицензий на новую технику, технологии и «ноу-хау». Под контролем ТНК на рубеже третьего тысячелетия уже находилось 90 процентов мирового рынка пшеницы, кофе, кукурузы, табака, джута, лесоматериалов и железной руды, 75 процентов сырой нефти и натурального каучука. Они контролируют также большую часть платежей, связанных с трансфертом новых технологий.

В последние десятилетия ТНК уже стали фактическими субъектами международных отношений и играют заметную роль не только в сфере международных экономических отношений. Обладая огромными финансовыми и производственными ресурсами, участвуя в производстве значительной части многих важнейших видов промышленной продукции, транснациональные корпорации, которые способны оказывать, и оказывают серьезнейшее влияние и на политику отдельных государств и, тем самым, опосредованно влияют и на международные политические отношения. ТНК реально действуют на международной арене фактически на равных с национальными государствами. Нередко их даже называют «виртуальными государствами».

Вполне естественно, что появившиеся на международной арене после распада СССР новые независимые государства, в том числе и страны Центральной Азии с их колоссальными природными ресурсами, оказались в фокусе внимания ТНК. Для объективности необходимо отметить, что интерес к этому региону, а точнее, к его сырьевым богатствам, ТНК стали проявлять еще в советское время. Достаточно вспомнить, например, что еще в 1988 году Москва начала переговоры о разработке нефтяных богатств находящегося на территории Казахстана Тенгизского месторождения нефти с американской нефтяной компанией «Шеврон».

Однако широкое проникновение транснациональных компаний в экономику центрально-азиатских государств началось в постсоветский период. Так, во время визита президента Назарбаева в США в мае 1992 года было подписано соглашение с этой компанией о совместной эксплуатации Тенгизского и Королевского месторождений. И уже в апреле следующего года было создано совместное американо-казахстанское предприятие «Тенгизшевройл», которое получило права на использование территории площадью в 4 тысячи кв. км на 40-летний период. Стартовый капитал предприятия составлял 1,5 млрд. долларов. Предполагалось, что в течение всего периода эксплуатации инвестиции в разработку богатств месторождения должны составить около 20 млрд. долларов. (V.Babak. «Kazakstan: Big Politics around Big Oil». In the book «Oil and Geopolitics in the Caspian Sea Region», ed. by M.P.Croissant and B.Aras, Praeger Publishers, 1999, p. 194).

Вместе с тем, процессы глобализации в Центральной Азии неразрывно связаны с проблемой обеспечения эффективной внутренней и внешней безопасности стран региона от реально существующих угроз. Одной из разновидностей угроз нового типа являются последствия противостояния, проходящего по линии «запад-восток», наряду с продолжающей углубляться конфронтацией по линии «север-юг». Причем, разделение по линии «запад-восток» в настоящее время, в эпоху легкости доступа к информационным ресурсам, выходит на новый уровень развития, приобретает иное звучание и остроту в контексте происходящей сегодня войны с терроризмом.

По сути, проведение различными странами войны с терроризмом и события, связанные с этим явлением, и есть в определенной степени результаты этой конфронтации, которые показывают, что угрозы безопасности в данном контексте носят длительный и повсеместный характер, не ограниченные местом и временем. Поэтому для стран центральноазиатского региона, являющихся благодатной почвой для распространения радикальных идей в силу незавершенности в целом процесса реформирования своих экономик, наличием внутреннего протестного потенциала, носящего до определенной поры латентный, скрытый характер, невысоким уровнем реально работающих интеграционных связей, наконец, близостью к нестабильным очагам планеты, данный внешний фактор в эпоху размывания границ (не только политических, государственных, но и финансовых, идеологических), потенциально представляет угрозу национальной безопасности государств региона.

В связи с этим закономерно возникает вопрос о формах противодействия данному внешнему фактору со стороны стран ЦАР. Очевидно, что на уровне одного отдельно взятого государства решение данной проблемы представляется затруднительным. Поэтому интеграционный аспект сотрудничества был и остается решающим фактором поддержания безопасности в Центральной Азии. В новых условиях региональная интеграция — это не прихоть, а суровая необходимость, подкрепленная неумолимым влиянием последствий глобализации, войны в Афганистане, а также необходимостью экономического, информационно-технологического, социального развития.

В этом отношении уже созданные институциональные механизмы регионального сотрудничества представляются важным элементом стабильности и безопасности в регионе. Исходя из этого, становится необходимым переосмысление уровня сотрудничества в рамках ЕвразЭС, ЦАЭС, ШОС в сторону его интенсификации и создания реально действующих механизмов, превращения данного направления в одно из приоритетных направлений внешней политики стран региона, а также понимания необходимости сотрудничества в данном направлении, невзирая на существующее и возможное несовпадение позиций стран. Возникает так называемая классическая ситуация, когда субъективный фактор, в нашем случае, политическая воля, может стать решающим элементом выбора пути развития на уровне целого региона.

Таким образом, можно отметить, что в условиях изменения структуры мирового порядка волна глобализации «докатилась» и до региона Центральной Азии, а ее последствия, пока обозначаемые схематично и контурно (хотя, тем не менее, уже присутствующие), уже в ближайшем будущем могут решительным образом повлиять на развитие в регионе. Чтобы не попасть в т.н. «ловушку» глобализации для стран ЦАР важно использовать данный процесс с максимальной пользой для своего развития, сконцентрировать свои усилия на решении наиболее очевидных проблем: преодоление однобокой (как правило, сырьевой) направленности развития своих экономик, полномасштабное развитие собственного национального промышленного производства и сектора национального инвестирования, необходимость развития информационно-технологического, наукоемкого сектора экономики, снижение неравенства между полярными стратами населения и создание условий для формирования и дальнейшего развития сильного среднего класса, реальное развитие интеграционных связей в регионе и на постсоветском пространстве в целом.

Таковы общие направления, которые, как представляется, не только способны снизить возможные угрозы от последствий глобализации, но и стать необходимым элементом развития стран региона в условиях, когда динамика изменений происходит столь стремительно, что любое отставание в настоящее время чревато неизбежным откатом назад на структурном уровне в будущем.

Но вернемся к разговору о роли в глобализации ранее упомянутых транс-национальных корпораций.

Надо подчеркнуть, что проникновение ТНК в ЦАР явилось результатом не только естественного стремления международных корпораций распространить сферу своей деятельности на богатые сырьевыми ресурсами новые независимые государства с целью получения дополнительных прибылей. Сотрудничество явилось следствием взаимного и целенаправленного движения государств региона и транснациональных корпораций навстречу друг другу. Получив независимость, центрально-азиатские государства, особенно Казахстан, Туркменистан, Узбекистан, направили свои усилия на привлечение иностранного капитала для развития своей экономики и, прежде всего в те отрасли народного хозяйства, которые были способны обеспечить быструю валютную отдачу (нефтегазовые ресурсы, золото). Заинтересованные в инвестициях государства региона стали больше заниматься проблемой создания благоприятного инвестиционного климата в своих странах, в частности разработкой соответствующего законодательства.

Судя по объемам привлеченных инвестиций, из всех пяти стран Центральной Азии наилучший инвестиционный климат был создан в Казахстане, где был принят закон о государственной поддержке прямых иностранных инвестиций. Иностранные предприниматели получили также право на приобретение в частную собственность земли, на которой расположены их производственные объекты. Однако, западные инвесторы считают, что инвестиционный климат в республике все еще далек от привычных для них стандартов. По их мнению, в стране сохраняется высокая степень инвестиционного риска, что связано с недостаточной, по их оценке, стабильностью социально-политической обстановки в стране.

Нарекания с их стороны вызывают также и такие факторы как «непрозрачность» налоговой политики, коррупция на центральном и провинциальном уровнях, импортные пошлины. Думается, что все это в той или иной степени можно наблюдать и в других странах региона.

И, безусловно, крайне важным представляется проведение на сегодняшний день государствами ЦАР такой политики, которая позволила бы смягчить и снизить уровень напряженности (в большей степени прогнозируемой и ожидаемой, нежели существующей, хотя уже и начинающей заявлять о себе более решительно) в данных сферах. Как один из необходимых важнейших постулатов следует в этой связи рассматривать проведение политики диверсификации экономики, отхода от ее сырьевой направленности.

Одними из путей такой политики должны стать развитие отечественного производства и поощрение местного предпринимательства, развитие сектора инвестирования со стороны национальных инвесторов (как на институциональном, так и частном уровне) в рамках возможной новой политики по содействию развитию отечественной промышленности.

Данный тезис сопряжен с необходимостью дальнейшего проведения экономических реформ, реструктурирования промышленности, реформ в сельском хозяйстве, углубления процесса децентрализации, повышения качества управления и разработки стратегии в будущих взаимоотношениях стран региона с ВТО как неизбежной альтернативой развития.

Кроме того, важной является и выработка специальной стратегии и государственной программы по развитию сектора информационных технологий как неотъемлемого атрибута устойчивого роста в век высоких технологий. Данная программа должна стать одной из приоритетных задач, своеобразной «стартовой площадкой», которая позволит вписаться в современные глобализационные процессы с наименьшими потерями. В этом отношении заслуживает внимания опыт Индии, которая, также как и центральноазиатские страны, приступив в начале 90-х годов к собственным экономическим реформам, в настоящее время смогла добиться значительных достижений в области информационных технологий. Свою «информационно-технологическую революцию» Индия проводила при существенной поддержке со стороны государства и использования государственных ресурсов в виде льготного режима налогообложения данного сектора (в области производства и услуг), выработки специальной стратегии развития и т.д.

Аркадий Гусман

Теги

Об авторе

Гусман Аркадий

Гусман Аркадий

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Декабрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.