Eurasian News Fairway

Бегство капиталов и экономическая амнистия

Бегство капиталов и экономическая амнистия
Декабрь 12
12:00 2003

Проблема экономической преступности вообще и отдельных ее видов, в частности, не является новой для российской, равно, как и мировой, уголовно-правовой и криминологической науки. Разумеется, российский научно-исследовательский опыт далеко не столь обширен, как опыт зарубежный, что объясняется, прежде всего, социально-политическими причинами. Исследование экономической преступности в России стало возможным в полной мере только в 90-х годах ушедшего столетия. Кроме того, со многими видами экономической преступности РФ «столкнулась» тоже примерно в это время. Однако интерес к проблемам экономической преступности, к оценке ее состояния, к ее причинам и, главное, к поиску ответа на вопрос: «Что делать для эффективной борьбы с ней?» в отечественной науке настолько велик, что породил массу интересных и глубоких исследований.

Следует оговориться, что способы противодействия бегству капиталов за границу России включают в себя, прежде всего, и в основном, способы предотвращения оттока капитала из страны в дальнейшем, способы сокращения размеров оттока. Они далеко не всегда действуют как способы возвращения убежавших капиталов в свою страну. Вернуть беглые капиталы административными мерами практически невозможно. Только финансовая, экономическая привлекательность государства способна частично положительно повлиять на возврат капиталов, размещенных за границей.

Но для начала — немного статистики:

По сведениям МВД России, начиная с 1999 года из страны стало ежегодно «утекать» 9–14 млрд. долларов. В Министерстве финансов и Министерстве экономики называли другую цифру — 10–15 млрд. Однако, по свидетельству других экспертов, этот показатель сильно занижен и реально составляет более 30 млрд. долларов.

В предшествовавший же период (1992–1999 г.г.) из РФ было вывезено около 100 млрд. долларов США, при этом доля «грязных» денег составила 30–40 %. Хотя называется и другая цифра — около 115 млрд. (без учета контрабанды).

В докладе Комитета ассигнования международных операций

Палаты представителей конгресса США в мае 2003 г. отмечалось, что утечка капиталов за период со времени установления государственной независимости России составила свыше 500 миллиардов американских долларов. Стенли Фишер, исполнявший обязанности Директора-распорядителя МВФ, для этого же периода говорил о 10–20 млрд. долларов США ежегодно.

По официальным данным Банка России, утечка капитала из страны в 2000–2002 г.г. превысила уровень в 72 млрд. долл. В свое время заместитель председателя Комитета по бюджету и налогам Государственной Думы М.Задорнов говорил по этому же периоду о сумме от 73 до 75 миллиардов. По оценке же бывшего директора-распорядителя МВФ Мишеля Камдессю, утечка капиталов из РФ в 2000–2002 г.г. составила более 90 млрд. долларов.

По информации заместителя секретаря Совета безопасности Вячеслава Солтаганова, общий объем вывезенных из России за последние 12 лет (с 1991 по 2000 годы) денежных средств составляет около 150–170 млрд. долл. По другим данным, эта сумма составляет почти 4 триллиона (триллиона !) долларов США. Газета «Фигаро экономи» приводит данные американского эксперта адвоката Джона Вейфая, который, ссылаясь на исследования заокеанских университетов, утверждает, что за последнее десятилетие из РФ нелегальными путями были вывезены от 200 до 500 миллиардов долларов. Из них около 100 миллиардов оказались на Западе в результате отмывания капиталов, добытых преступным путем. При этом «объемы вывоза капиталов, несмотря на принимаемые меры, сохраняются в прежних масштабах…».

Вообщем, в статистике — полный раздрай и противоречия.

Проблему возврата убежавших капиталов в определенной степени, по мнению некоторых экспертов, способна решить экономическая амнистия. Попробуем разобраться, насколько это соответствует действительности.

Ярыми и известными поборниками экономической амнистии в стране являются губернатор Свердловской области Э.Россель и руководитель ЛДПР В.Жириновский. В свое время последовательно, вплоть до разработки соответствующего законопроекта, поддерживала необходимость экономической амнистии партия «Единство».

По сути, о ней же (амнистии), о ее необходимости, говорил в 2000 году и председатель Комитета Государственной Думы по кредитным организациям и финансовым рынкам А.Шохин. По его словам, «…Держателям иностранных счетов нужно предложить более либеральный режим, а именно: те, кто вывез свои капиталы за рубеж и чья вина состоит лишь в том, что он недоплачивал налоги, должны купить за 13 процентов от вывезенной суммы лицензию Центрального банка на вывоз уже вывезенных капиталов…».

Это, по убеждению Шохина, «позволит России в первую очередь легализовать «серые» капиталы за пределами страны, избавить их от клейма «мафиозных российских денег»… Безусловно, по каждому случаю приобретения лицензии нужно проводить расследование — нет ли там преступных денег, связанных с наркобизнесом, подпольной торговлей оружием, проституцией, бандитизмом. … Но, одновременно, нужно и кнут употребить: скажем, с фиксированной даты все счета, открытые за рубежом без лицензии Центрального банка, считать преступными деньгами и применять к ним самые жесткие санкции…».

Что ж, звучит хлестко и внешне даже убедительно. Да вот только остаются сомнения: вряд ли реализация подобного предложения вернет в РФ вывезенные капиталы. Скорее только придаст им определенный — преступный или непреступный — статус. Соответственно, в деле возврата бежавших капиталов за границу предложенная мера окажется бесполезной.

В то же время многие политики, экономисты, юристы, представители средств массовой информации относятся к экономической амнистии настороженно, а иногда и просто негативно.

Так, например, А.Аксаков в прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» заявил: «В принципе, сама идея неплохая, — экономическая амнистия, но я боюсь, что эта экономическая амнистия позволит легализоваться нелегальному, криминальному капиталу. И в то же время он не останется в России, он придет в Россию и так же уйдет из России. Пока не будет соответствующего инвестиционного климата по стране, бесполезно объявлять эту амнистию, потому что этот капитал не застрянет у нас в стране. Он опять уйдет туда, где ему интереснее и комфортнее».

По мнению же президента Национального инвестиционного совета, президента Национального резервного банка России А.Е.Лебедева, «амнистии не должно подлежать ни одно из правонарушений, подпадающих под статьи о мошенничестве, лжебанкротстве, хищении государственных средств. … Исключение можно сделать лишь для случаев уклонения от налогообложения до введения единого 13-процентного подоходного налога».

По представлению заместителя руководителя Межведомственного центра по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем, А.Бабичева, «необходимо четко разделять понятие «теневой капитал». С одной стороны, это средства, добытые незаконным путем как в сфере уголовной (наркотики, оружие), так и в сфере экономической — ложные банкротства и т.д. Легализовывать их ни в коем случае нельзя, так как это может серьезно повредить внутренней стабильности государства. Но существует также немалая доля средств, заработанных гражданами при проведении внешне легальной деятельности, но сопряженной с уклонением от уплаты налогов. Возврат таких капиталов не только возможен, но просто необходим, так как речь идет о довольно крупных суммах, которые смогут работать на экономику России…».

Это уже более логично. Однако и в этом случае, по мнению автора, объявлять о какой-либо амнистии не нужно, поскольку уголовно-процессуальный кодекс уже предусматривает в ст. 7 своеобразную амнистию граждан «за деятельное раскаяние», каковым в данном случае может быть добровольный возврат в страну денежных средств, утаенных от налогов.

В ходе социологического исследования, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ) 20–25 июля 2002 г., выяснялось отношение граждан к проведению в стране возможной финансовой реформы. На вопрос «Что, с вашей точки зрения, было бы сейчас правильнее: объявить «финансовую амнистию» и закрепить собственность за ее нынешними владельцами, закрыв глаза на способы ее приобретения» положительно ответили 18 процентов от общего числа опрошенных. 70 процентов предпочли «постараться вскрыть все прошлые нарушения, связанные с приватизацией государственной собственности, и вернуть ее государству», и 12 % затруднились ответить на этот вопрос.

Думается, что с достаточно высокой степенью достоверности можно прогнозировать подобные же ответы и в настоящее время, если респондентами не являются только лица, занимающиеся предпринимательством. Отношение последних к экономической амнистии (ЭА) будет, на взгляд автора, определяться такими обстоятельствами, как размер бизнеса, время создания основных капиталов, легальность бизнеса (наличие официальной государственной регистрации, лицензирования, когда оно необходимо, состояние уплаты налогов, и т.д.) и др. Однако в любом случае процент лиц, положительно относящихся к экономической амнистии, будет в предпринимательской среде неизмеримо выше.

Таким образом, отношение к ЭА далеко не является однозначным. Среди политиков, юристов, экономистов, ученых есть как приверженцы, так и противники ее проведения в нашей стране. Отношение населения (без выборки определенной его категории) к ней в большинстве случаев крайне негативное. Вместе с тем, можно смело прогнозировать достаточно высокий уровень позитивного подхода к подобной амнистии представителей предпринимательских кругов.

Поэтому для оптимизации начатой дискуссии было бы целесообразно обратиться к мировому опыту проведения экономических амнистий.

Хотя мировому опыту управления экономикой известно проведение ЭА, тем не менее, этот опыт не является богатым. Разные источники приоритет в использовании данного метода решения некоторых хозяйственных проблем отводят различным государствам.

Так, по одним утверждениям, термин «экономическая амнистия» появился в послевоенные годы в Западной Европе. Впервые она была реализована в Швейцарии, когда были амнистированы банковские депозиты и капиталы Третьего рейха. Результатом амнистии стало укрепление швейцарской банковской системы. Она косвенно (но позитивно!) повлияла на увеличение уровня производства, улучшение инвестиционного климата и макроэкономических показателей страны в целом.

По другим источникам, прецедент ЭА был создан в Китае. После официальной декларации своих капиталов и уплаты с них налогов, люди стали распоряжаться ими по собственному усмотрению, не опасаясь введения в действие фискальных механизмов налоговых органов. Государство при этом получило в бюджет несколько миллиардов долларов США.

Экономические амнистии проводились также в 1987 году в Аргентине (в целом, она, по мнению многих экспертов, провалилась); в 1982 и 1986 годах во Франции (обе тоже не особенно удачные); в 1997 году в Индии. Однако и в последнем случае результаты не оправдали ожидания, поскольку зарубежные активы почти не были продекларированы; в основном было легализовано только имущество: золотые и серебряные слитки, в которых индийское население традиционно хранит свои сбережения. Опыт ЭА имеется также у некоторых других стран Латинской Америки, у Ирландии и Турции.

Основные результаты экономической амнистии в Республике Казахстан сводились к следующему.

Легализация осуществлялась с 14 июня по 14 июля 2001 года. Первоначально официальный срок легализации капитала был равен 20 календарным дням, и мероприятие должно было завершиться 3 июля 2001 года. Но власти, обнаружив, что по окончании установленного срока в страну было перечислено всего около 140 млн. долларов, решили продлить акцию на 10 дней. Особая активность со стороны желающих легализовать свои средства, сообщил Председатель Национального банка Казахстана Г.Марченко, наблюдалась в течение последних трех дней. За данный период приток амнистированных средств в банки составил порядка 250 млн. долларов.

По официальным данным Национального банка Казахстана, благодаря легализации капиталов, всего в страну вернулось 480,217 миллионов долларов США. Почти 3 тысячи граждан (основная масса — из Алма-Аты и Алмаатинской области) воспользовались предоставленным им правом. 88 % всех легализованных средств составили наличные деньги, — эта сумма находилась в основном теневом обороте у предпринимателей средней руки. 11,4 % переведены на спецсчета из иностранных банков. Размеры вкладов составили от 2 до 500 тысяч долларов. Из них — 6,5 % вкладов в наличной национальной валюте тенге и 82 % в наличных долларах.

Таким образом, каждый из принявших участие в легализации средств, в среднем перевел в официальный статус 160 072 долларов США. При населении же страны, исчисляемом в 16 963 600 человек, в легализации приняло участие около 3 тысяч лиц (0,02 % от всего населения).

Оправдала ли экономическая амнистия при таких результатах возлагавшиеся на нее надежды?

Прогнозы о том, какие средства вернутся в Казахстан в результате амнистии, существенно расходились. По самым пессимистичным предположениям, речь могла идти о нескольких сотнях миллионов долларов, по самым оптимистичным — о нескольких миллиардах. На одном из первых пленарных заседаний Мажилиса, посвященных обсуждению закона об экономической амнистии, министр финансов Казахстана Мажит Есенбаев, отвечая на вопросы депутатов, сказал, что «трудно оценить объем денег, которые могут поступить после вступления в силу этого закона. Существуют разные расчеты, по некоторым из них поступления могут составить от 500 миллионов долларов и выше…».

Экономический обозреватель Би-Би-Си Дина Ньюмен до проведения амнистии заявляла: «Ожидается, что приток валюты составит до миллиарда долларов и что все эти деньги потекут в коммерческие банки страны, которые затем через так называемый Банк развития Казахстана смогут вложить в науко- и капиталоемкие производства, долгосрочные проекты…».

Газета «Коммерсант» писала: «Относительно того, сколько денег будет выведено из тени в результате амнистии, существуют разные прогнозы. Одни ждут полмиллиарда долларов, другие — не более пары сотен миллионов. Есть оптимисты, которые называют и 3 миллиарда». «Независимая газета» в свою очередь сообщала: «По предварительным расчетам специалистов Министерства финансов и Национального банка страны, всего в период кампании может быть легализовано до 500 миллионов долларов…». И так далее, и тому подобное…

К счастью, наиболее пессимистичные прогнозы не оправдались. В то же время сумма, которая называлась в прогнозах чаще других, — 500 миллионов долларов, — в результате экономической амнистии практически была достигнута.

Это результаты экономические. Не смотря на то, что легализованные деньги остаются частным капиталом, и государство не получило с них доходов в виде налоговых выплат, опосредованная экономическая польза государства очевидна. Капитал, размещенный в банковской системе Казахстана, будет работать на Казахстан. В связи со значительным притоком наличных долларов можно не без оснований рассчитывать и на укрепление национальной казахстанской валюты.

Такие вот результаты.

Конечно, в одной статье физически невозможно раскрыть все аспекты такого сложного и крайне спорного феномена, как экономическая амнистия. Поэтому автор надеется подготовить для интернет-агнтства «РИФ» в ближайшее время ряд аналогичных публикаций на заданную тему.

Об авторе

Даурский Максим

Даурский Максим

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Январь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Дек    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.