Eurasian News Fairway

Кавказ без предвзятости

Кавказ без предвзятости
Декабрь 12
12:00 2003

Критический анализ результатов политики на Кавказе за последние десять лет позволяет извлечь ряд суровых уроков как России, так и другим государствам, особенно созданным на развалинах некогда мощной державы.

Первое. Теоретически неверно и практически ошибочно рассматривать ситуацию в Закавказье в отрыве от процессов, происходящих на Северном Кавказе, вспышку терроризма в Чечне в отрыве от политики других государств, а проблемы Каспия — в отрыве от ситуации на Черном море.

Множество малых проблем, с которыми столкнулись политики, экономисты и военные, и чрезвычайно мучительный процесс решения этих проблем со всей очевидностью показали, что Кавказ не просто горы и все что их окружает между Каспием и Черным морем, — это сложная система отношений между народами, государствами. Происходящие здесь процессы тысячами нитей связывают регион с миром, делая его значительно большим, чем пространство между двумя морями.

Этот «Большой Кавказ» как систему старались не замечать особенно те, кто стремился извлечь свою выгоду не считаясь с интересами других стран и народов. В результате бумеранг политического эгоизма через систему взаимосвязей «Большого Кавказа» возвращался сторонникам известного принципа «моя хата с краю».

В качестве примера может служить, в частности, история отношения Грузии к вооруженным чеченским сепаратистам. Любые просьбы России оказать содействие в борьбе с бандформированиями длительное время натыкались на уязвленное самолюбие грузинского руководства и последующие попытки обвинить российскую сторону во всех смертных грехах. Между тем количество чеченских боевиков на территории Грузии перевалило критическую массу и ситуация на известном этапе стала выходить из-под контроля.

Отказавшись от совместного развязывания тугих узлов сложнейших проблем, естественную защитную реакцию Российской Федерации (сохраняющуюся даже после известных событий в Тбилиси и отставки Шеварднадзе) политики некоторых государств воспринимают как ущемление прав своих. Яркий пример тому — шум вокруг установления визового режима между Россией и Грузией.

Второе. Для «Большого Кавказа» характерно несовпадение географии интересов с географией и границами государств. Это всегда вызывает противоречия. Причем в условиях нестабильности, хаоса, отсутствия элементарного порядка эти противоречия приводят к жестокой вооруженной борьбе. В то же время государства, занятые внутренними разборками и борьбой с терроризмом, становятся уязвимыми со стороны внешнего окружения. Всегда находятся внешние силы, желающие использовать чрезвычайно сложную внутреннюю ситуацию исключительно в своих целях.

Не явился исключением и «Большой Кавказ». К развитию событий в нем проявляют огромный прагматичный интерес не только соседи, но и страны, находящиеся на значительном удалении от места событий. Практически во многих нестабильных регионах наблюдается повышенная активность таких государств, как США, Англия, Франция, Германия.

В этой связи бросается в глаза парадокс: у ряда стран, находящихся на расстоянии нескольких тысяч километров от Кавказа, Центральной Азии, были и остаются свои интересы в этих регионах, а у России, судя по ее поведению, их нет! Похоже, политики, чтобы не быть обвиненными в имперстве, до недавнего времени стыдливо не замечали и даже отрекались от права России на интересы в этих регионах. Большую цену заплатило государство за политическую пассивность и отсутствие стратегии в этом регионе. Природа не терпит пустоты, а социально организованная часть ее — страны и народы — тем более.

Третье. Многие беды и трагедии народов Кавказа явились следствием неспособности властей разрешить противоречие между громким декларированием суверенитета, свободы, независимости и полной неспособностью не только их реализовать, но и обеспечить элементарный порядок в государствах, «освобожденных от тоталитарного прошлого». Как тут не вспомнить мудрую пословицу народов Кавказа: «Убегая от дыма, не бросайся в огонь».

Расписавшись в собственном бессилии, они устремились на поиски не только спонсоров в области экономики, но и даже безопасности и обороны. Парадоксально, но факт — самые главные атрибуты независимости и суверенитета, такие как безопасность и оборона (об экономике разговор особый), перекладываются на плечи других государств.

Наивно полагать, что военно-политические симпатии Азербайджана к Турции, а Грузии к НАТО базируются исключительно на равноправии. Наспех сколоченные из остатков советского оборонного комплекса военные организации, равно как и переживающая сложные времена экономика этих стран, фактически не могут при соприкосновении с отлаженной военной машиной Турции и НАТО говорить на равных. И здесь бумеранг независимости, энергично брошенный в момент распада СССР, вернулся зависимостью от других стран, которые по историческим, этническим, культурным и военно-политическим традициям находятся на значительном удалении от России.

При этом сбрасывается со счета рост потенциала недоверия других стран к разного рода военно-политическим союзам. Если Азербайджан и Турция, Грузия и НАТО укрепляют военные связи, то против кого? Ради чего в Азербайджан переброшен турецкий военный катер на Каспий? Против кого будут направлены американские ракеты, если они будут размещены в Грузии?

Коль скоро речь зашла о безопасности, то для «Большого Кавказа» эта проблема всегда была актуальной, тем более сейчас. Это и понятно. Уникальное геополитическое и стратегическое положение на стыке Европы и Азии, факт проживания между Каспийским и Черным морями около 20 млн. человек, курортные зоны, экзотические туристические маршруты, богатые полезные ископаемые — все это и многое другое привлекает не только местных жителей.

Достаточно сказать, что только одно Каспийское море обладает двумя видами «черного» и одним видом «голубого» золота, имеющими мировое значение — нефть, черная осетровая икра и природный газ. Все три продукта дорого стоят и пользуются огромным спросом. По этим и другим причинам здесь (в прикаспийском регионе) пересекаются интересы многих государств и, прежде всего, выходящих непосредственно к морю Азербайджана, Ирана, Казахстана, Туркмении, России…

Вывод напрашивается сам собой. Если из-за богатых полезными ископаемыми районов и выгодных геополитических позиций рано или поздно развязываются не просто вооруженные конфликты, а настоящие войны, то нужно осуществить демилитаризацию этих районов. Это в полной мере касается и Каспийского моря. Сократить, а может быть рассмотреть вопрос и о ликвидации военно-морских сил и других структур современной военной организации, запретить любую военную деятельность, в том числе и проведение учений на Каспии. Здесь должны остаться только пограничные силы, силы охраны рыболовства, нефтепромыслов, экологи и спасатели.

Разумеется, из этого вовсе не следует, что нужно отказаться от борьбы с терроризмом, наркобизнесом и другими пороками, где с вооруженным противником нужно бороться тоже оружием. Напротив, эту работу надо совершенствовать, в том числе и по линии консолидации усилий всех государств Каспийского побережья.

Если рассматривать «Большой Кавказ» как систему, то можно определить основные направления и способы ее обеспечения. Названную ранее политику демилитаризации распространить на другие районы и вместе с другими мерами создать единую кавказскую систему безопасности, главными элементами которой и исполнителями должны стать государства и структуры этого региона, а не импортные советники, преследующие свои интересы. В таком случае обострение ситуации по типу чеченской моментально станет объектом внимания всей системы, а не отдельных государств.

Образно говоря, когда все окна, двери, форточки, вентиляционные люки общего кавказского дома будут перекрыты в нужный момент, то подпитка террористов, равно как и их бегство с места преступления будут невозможны. Пока что мы видим иное: закрывает дверь одно государство, в то время как открытым для бандитов остается окно другого государства. Более того, даже в рамках одного государства — России при закрытых дверях-границах сепаратисты пробирались через окна-аэропорты.

До сих пор у всех нас остались в памяти случаи, когда пограничники не разрешили вылет Масхадову, а небезызвестный Иван Рыбкин (занимавший тогда пост Секретаря Совета безопасности), убедил тогдашнего президента дать добро на его (Масхадова) вояж за границу. А прославившийся своими крылатыми изречениями бывший председатель правительства Виктор Черномырдин тогда пошел еще дальше. Он предложить открыть в аэропорту г. Грозного контрольно-пропускные пункты, где бы функцию пограничников выполняли верные Масхадову вооруженные чеченцы.

Кстати, большие неудачи в решении проблемы Чечни и трудный процесс ведения контртеррористической операции во многом объясняется тоже игнорированием системного подхода. Чечня рассматривалась просто как территория, а не как подсистема всей системы «Большого Кавказа», имеющая многообразные связи с внешним миром,

Говоря о демилитаризации и создании единой системы безопасности Кавказа в условиях, когда военная сила еще в моде, не следует забывать и о военно-политическом сотрудничестве с государствами, которые близко прилегают к данному региону. В печати достаточно много говорится о Турции. Военно-политическую активность этого государства, в том числе на Черном море, трудно не заметить. Анкара избирательно относится к военно-политическому сотрудничеству к государствам Кавказа. Турция- член НАТО. Список можно продолжать.

Но есть еще одно государство, позиция которого имеет чрезвычайно важное значение в судьбе региона. Это — Иран. Недооценка отношений с ним в прошлом, по глубокому убеждению автора, — стратегический просчет российских политиков. Видимо, во многом сказалось распространенное в СМИ и тщательно тиражируемое в политической лексике однобокое и упрощенное представление об этом государстве. Не последнюю роль сыграли антииранские штампы американского производства, а также пренебрежительное отношение некоторых российских политиков ко всем азиатским странам, будь то Китай или Иран.

Разумеется, Россия была и остается приверженцем неукоснительного соблюдения договоров о нераспространении ядерного оружия и ракетных технологий. Однако это вовсе не является препятствием на пути сотрудничества с Ираном в различных областях, в том числе военно-технической и военно-политической. Надо быть реалистами и ясно отдавать себе отчет, что без Ирана многие проблемы Кавказа, начиная с экономики и кончая безопасностью, решить нельзя.

Из этого следует, что стратегия России на Кавказе в Центрально-азиатском регионе и на Ближнем Востоке не мыслима без Ирана. Наладив отношения с ним и Арменией можно эффективно решать стратегические задачи черноморской политики России, коль скоро отношения с Украиной и Грузией желают быть лучшими.

Развитию добрых отношений с Индией также поможет дорога через Иран и вместе с Ираном. И вовсе не для того, чтобы (как самозабвенно вещал г-н Жириновский) мыть солдатские или еще какие-то сапоги в Индийском океане. Обоим государствам нужна стабильность на юге. Чрезвычайно важно, чтобы с Индостана на север дули теплые ветры хороших взаимоотношений, а не холодные сквозняки конфронтации.

Тлеющий костер гражданского противостояния в Афганистане, настоящие бои на афгано-таджикской границе и других районах Центральной Азии и ликвидацию банд и учебных центров террористов в этом регионе трудно представить без координации усилий России и Ирана. Между прочим, Иран ежегодно на борьбу с наркопреступностью расходует более 100 млн. дол. В год государством конфискуется около 150 тонн наркотических средств.

Диалектика такова, что, налаживая хорошие отношения с Ираном, Россия тем самым укрепляет собственную безопасность и безопасность Кавказа. Иран, обеспечив хорошие отношения с Россией, тем самым чувствует себя комфортней в кругу своих проблем.

Что ни говори, а мы обречены быть попутчиками не только в борьбе с терроризмом, наркоманией, но и в решении энергетических, экологических проблем, в ликвидации последствий как техногенных, так и природных катастроф. К сожалению, землетрясения, которые приносят большую беду людям, очень часто посещают наших южных соседей.

Здесь как нигде важно, чтобы стихийные бедствия природного характера не дополнялись бы страданиями и бедами, которые сопутствуют войнам и вооруженным конфликтам.

Для этого России необходима стратегия «Большого Кавказа» — политика, рассчитанная на долгосрочную перспективу развития северокавказских регионов Российской Федерации, укрепления связей с закавказскими республиками бывшего СССР (Азербайджаном, Арменией и Грузией), развития отношений с государствами, непосредственно примыкающими к Кавказу (Иран, Турция), а также другими странами мира, оказывающими заметное влияние на ситуацию в данном регионе.

Совершенно очевидно что, стратегия «Большого Кавказа» предполагает тесную связь с Черноморской и Каспийской политикой России.

Словом «Большой Кавказ» необходимо рассматривать как систему, подходить комплексно как в политической тактике, так и политической стратегии государства.

Павел Колесников

Теги

Об авторе

Колесников Павел

Колесников Павел

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Январь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Дек    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.