Eurasian News Fairway

Слово сказано. Что дальше?

Слово сказано. Что дальше?
Апрель 07
12:00 2006

Наконец-то слово, которого давно ждали все ведущие российские финансисты, находящиеся в напряженном ожидании вступления России в ВТО (точнее — его последствий), сказано. Слово веское, честное и открытое: «Америка не пускает Россию во Всемирную Торговую Организацию».

Сказано не кем-то из набившего оскомину политического бомонда, а Президентом Российской Федерации Владимиром Путиным. Это свидетельствует о логической завершенности очередного этапа переговоров России со всеми полномочными странами (59 государств), кои, за исключением США, подписали с нами соглашения, подтверждающие их согласие на членство РФ в ВТО.

Однако Белый Дом решил таки пойти ва-банк и сотворить этакий контратакующий фортель, по новой предъявив Москве требования «максимально раскрыть доступ иностранцев (читай — американцев) в финансовый сектор российской экономики». Или, говоря словами российского президента, «официальный Вашингтон создал дополнительные препятствия для продвижения переговорного процесса», поскольку российские руководители «получили от американских коллег список вопросов, требующих дополнительных согласований, которые мы считали давно пройденными». Из чего делается разумный вывод о том, что Россию « искусственно возвращают назад в ходе переговорного процесса».

Так во что же уперлись переговоры, и что является на сегодняшний день тем самым камнем преткновения, который реально угрожает наметившемуся было членству Российской Федерации в ВТО?

Если отбросить многочисленные мелкие детали (не играющие принципиальной роли в данной ситуации) и вычленить главное, то все оказывается, как это ни странно, весьма просто:

США требуют права открывать на территории России ФИЛИАЛЫ своих (и других иностранных) банков. Кремль, категорически возражая, жестко отстаивает собственную позицию: никаких филиалов, только ДОЧЕРНИЕ БАНКИ.

Чувствуете разницу? Если не до конца, то давайте поразмыслим вслух.

В чем основе преимущество ФИЛИАЛОВ иностранных банков в отличие от банков ДОЧЕРНИХ перед российскими финансовыми институтами (именно российскими, ибо их интересы — суть интересы наши кровные)? Да в отсутствии у филиалов (в отличие от «дочек») юридического лица и собственных средств. Две последние позиции чрезвычайно важны как для американцев (в плюс), так и для нас (правда, уже в минус).

Смотрите сами:

Во-первых, филиал иностранного банка, не обладая (официально) собственным капиталом, будет иметь явное преимущество перед нашими кредитными организациями. Причина — расчет основных нормативов, регулирующих деятельность российского банка (максимальная величина задолженности на одного заемщика, коэффициент достаточности собственных средств и т.п.) будет осуществляться относительно величины капитала банка.

И это нашим заокеанским «партнерам» очень и очень выгодно.

А как же: собственного капитала юридически нет («на нет и суда нет»), а российский контрагент вынужден нести ответственность на полную катушку (вплоть до банкротства).

Причем отсутствие капитала позволит филиалу крупного иностранного банка выдавать кредиты в нужном заемщику объеме, что для большинства российских структур, ограниченных относительно небольшим размером собственных средств, достаточно сложно.

А почему сложно? Да потому, что:

а) уже в настоящее время при невозможности финансирования дочерними иностранными банками клиента в нужном объеме в роли кредитора выступает его материнская компания, а дочерняя структура может осуществлять вспомогательные функции (именно вспомогательные!);

б) синдицированное кредитование (надеюсь, термин читателям хорошо известен) позволяет отечественным банкам удовлетворить спрос заемщика на большие кредиты.

(Кстати, комментируя последний абзац, хочу отметить, что на этом рынке за последние 2–2,5 года действовало не более 60–70 российских банков, а проведение такого рода сделок связано с особенностями отечественной банковской системы: низкое доверие местных банков друг к другу, отсутствие отработанных схем и правил синдикации, сложные переговорно-согласительные процедуры и т.д.)

в) многие росбанки (не путать с «Российским банком») фактически нарушают норматив, который ограничивает максимальную сумму кредита, приходящегося на одного заемщика или группу связанных компаний: выдача ссуд, превышающих ограничение, не напрямую, а через другие банки и ассоциированные или аффилированные компании и т.п.

Поэтому не вызывает ни малейшего удивления следующее официальное заявление министра Германа Грефа (цитирую полностью):

«Россия исчерпала возможности для уступок и не будет разрешать открывать на своей территории филиалы иностранных банков… они должны будут работать как дочерние банки, подчиняясь российскому законодательству.»

Правда, Греф «дипломатично» оговорился, что, мол, на финальной стадии переговоров «будет найдена комплексная развязка по всем вопросам…». Что ж, дай-то бог, дай-то бог. Да вот только слабо в эту «развязку» верится, поскольку никакая дипломатия изменить естество вещей (в данном случае — объективно сложившуюся природу американского и российского финансовых рынков) не в состоянии. По крайней мере, таких чудес (причем в крайне ограниченные сроки) еще не наблюдалось.

С американской стороны слышатся уверения в том, что «Россия согласилась расширить квоту для иностранцев в страховом и банковском секторах до 50 % …» (хотя до этого РФ официально заявляла о необходимости сохранения 25-процентной квоты на участие иностранных банков в капитале банковской системы). Что ж, пусть это утверждение остается на совести США.

А тем временем «партия войны» (имеется в отечественных финансовых кругах и такая) со своей стороны все громче заявляет о том, что иностранные банки, хотя и будут регулироваться российскими банковскими требованиями, но в политике размещения ресурсов (предоставления кредитов реальному сектору) будут руководствоваться указаниями своих головных офисов, которые, в свою очередь, «будут учитывать исключительно собственные национальные интересы и национальное банковское регулирование…».

Да еще «активизируется уже имеющаяся практика вывоза и размещения за рубежом средств, привлеченных на российском рынке» и, в итоге, зарубежные банки «станут монополистами в определении процентной политики на российском банковском рынке…».

Однако постараемся быть объективными (не говорю «будем», а просто «постараемся»).

Как не бывает чудес с одномоментным перерождением природы финансовых рынков, так и не наблюдалось пока еще чуда существования хотя бы мало-мальски развитого государства, обходящегося без присутствия в его экономике определенного процента иностранного банковского капитала. Да что там говорить — полистайте статистические отчеты Министерства финансов и экономического развития пресловутого «Острова Свободы» (т.е. Кубы)!

Отсюда — вывод: российская экономика, проходя очередной этап интеграции в систему мирохозяйственных связей, безусловно принимает правила игры последней. И любые попытки отрицать роль «ненаших денег» просто безграмотны и нелепы.

Что же происходит на сегодняшний день? Если верить специалистам — «воздержание» наиболее крупных иностранных банков во многих случаях от расширения своих активных операций в России и самоограничение т.н. «стратегическим присутствием».

Сами зарубежные экономисты объясняют сложившуюся ситуацию действием ряда факторов, «затрудняющих прибыльную работу банков, организованных по западным принципам» в российских условиях.

В числе последних — и принципиальное различие условий функционирования банковской системы в России и в наиболее развитых странах; и недостаток рыночных ниш, в которых банк, оперирующий по западным принципам, мог бы рассчитывать на получение значительной прибыли (даже после значительных капиталовложений). и многое другое.

Да, доля истины в этом безусловно присутствует. Только представьте себе картину точного следования западными банками всем законодательным и нормативным актам (как это практикуется за рубежом) в российских условиях… Плюс необходимость действовать в России в рамках жестких правил, ограничений и предписаний, установленных «материнским» банком. Плюс отсутствие практики т.н. «внесудебного» обеспечения расчетной дисциплины.

И самое главное: основные российские банки входят на приоритетных условиях (долевое участие и т.д.) в крупные финансово-промышленные группы (или, в ряде случаев, выступают в качестве системообразующих элементов таких групп), что для иностранной банковской структуры в России на подобном уровне практически невозможно.

Вообщем, повод для серьезных размышлений безусловно имеется. И хотя «возможности для уступок исчерпаны» (Г.Греф), на определенные уступки в рамках компромисса России пойти, к сожалению, придется. В ином случае даже в общем виде не представляются контуры механизма двустороннего регулирования банковского (и, в целом, финансового) сотрудничества Российской Федерации со странами — членами ВТО, ко вхождению в которую мы так рьяно стремимся.

А Америка, разумеется, все более активно играет на перечисленных противоречиях и, как сказал В.Путин, «не пускает Россию во Всемирную Торговую Организацию».

Что дальше?

Об авторе

Румянцев Павел

Румянцев Павел

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Ноябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Окт    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.