Eurasian News Fairway

В поисках ахиллесовой пяты взрослеющего Левиафана

В поисках ахиллесовой пяты взрослеющего Левиафана
Апрель 07
12:00 2006

Возвращаясь к актуальной теме формирования мощного интерконтинентального противовеса Соединенным Штатам в лице Шанхайской Организации Сотрудничества, эксперты нередко упоминают о «потенциально слабых» сторонах ШОС, уже открыто позиционирующей себя на евразийском континенте в качестве доминирующего военно-политического блока ( к безусловной досаде Североатлантического альянса, разумеется).

Итак, в чем же может проявиться упомянутая слабость формируемой (под руководством России и Китая) схемы регионального единства и, как удачно сказал один из российских политологов, «готовности показать Соединенным Штатам фигу в центральноазиатском кармане»?

Прежде всего, в самих российско-китайских отношениях. Особо — неопределенности китайской позиции. Cовпадение российских и китайских взглядов на Андижан — еще не гарантия того, что Пекин сможет позволить себе серьезную конфронтацию с Западом. Не говоря уже о том, что экономические позиции РФ и КНР в современном мире (в том числе и на западном рынке) просто несравнимы.

Бытует мнение о том, что в России у Ху Цзиньтао имеются совершенно конкретные экономические интересы, которые не всегда приятны его российским собеседникам. Москва стремиться сотрудничать с Пекином прежде всего в военной области (в т.ч. на уровне совместных военных учений). Китай же, со своей стороны, основное внимание уделяет «узкотематическому» партнерству в приграничных регионах — то есть, по сути, увеличению китайского «пассажиропотока» на Дальний Восток и встречных поставок российских энергоносителей. Что ж, определенная логика во всем этом присутствует.

Далее. Недопустимо игнорировать понимание Вашингтоном того обстоятельства, что ликвидация американских войск в азиатском регионе значительно расширит стратегическое пространство России и Китая.

После принятия на саммите ШОС коммюнике, в котором содержится призыв к Белому Дому определить даты вывода американских баз из Узбекистана и Киргизии, Соединенные Штаты, мягко говоря, очень встревожились этой российско-китайской акцией. А если точнее — консолидированным отпором реализации своих планов. По мнению генерала Ричарда Майерса, «две очень большие страны попытались запугать меньшие страны», явно противопоставляя Россию и Китай остальным членам ШОС — Казахстану, Киргизии, Таджикистану и Узбекистану. При этом Майерс открыто заверил, что США «не намерены выпускать Центральную Азию из своей сферы интересов…». Что, кстати, с точки зрения классической геополитики совершенно логично.

Но и Китай не сдает своих позиций: принято решение о предоставлении региональным державам (в рамках ШОС, разумеется) почти 900 миллионов долларов в виде долгосрочных кредитов. Стало быть, помимо сотрудничества в сфере безопасности наметилась более тесная экономическая интеграция стран Организации.

Да вот только сможет ли сама Российская Федерация «сбалансировать» финансовые инициативы Пекина аналогичными (или хотя бы примерно равновеликими) финансовыми вливаниями в экономики партнеров по блоку? Если нет, то статус РФ в ШОС может оказаться куда как более сомнительным, нежели ее китайского соседа.

Хотя подобная малоприятная перспектива может в значительной степени «скомпенсироваться» как самим фактом нарастающего торгово-экономического сотрудничеством между Россией и Китаем, так и характером самой Шанхайской Организации Сотрудничества, а именно:

На протяжении последних пяти лет наша страна стабильно занимает 3 место среди стран-участников внешнеэкономической деятельности КНР. Причем в действительности диапазон осуществляемых китайской стороной импортных операций достаточно широк — калийные и азотные удобрения, нефтепродукты, бумага, недрагоценные металлы, соединения органической химии, продукция военно-промышленного комплекса РФ. Это первое.

Второе. ШОС — это не только Россия, Китай, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан. Это еще и готовность Индии, Ирана, Пакистана и Монголии поменять свой нынешний статус наблюдателей на статус постоянных (т.е. абсолютно равноправных) членов Шанхайской Организации.

Последнее — крайне принципиально. Если подобное свершится то Организация не только охватит собой более половины земного человечества, не только включит в себя сразу 4 державы, обладающих ядерным оружием, но и явит всему миру беспрецедентный пример глобального экономического конглмерата.

Ну а как же иначе, если Китай по уровню ВВП отстает пока только от США. Индия — соперничает с экономиками стран Евросоюза. А выход же на мировую авансцену Бразилии и Индонезии может полностью поменять сложившиеся понятия: «Запад и Восток», «Север и Юг», «развитые и развивающиеся государства».

С этим фактором Соединенным Штатам (и всему европейскому сообществу в придачу) приходится ещё как считаться. Для Запада возникает реальная угроза захлебнуться в т.н. «третьей волне» демократизации. Ибо авторитарные страны, в 1990-е годы избравшие демократический путь, могут вновь «сползти к авторитаризму».

(Не потому ли все более заметно происходит переориентация внешнеполитического вектора США с Европы на более проблемный участок — Азию? Скорей всего, согласно постулату Г.Киссинджера: «могущество Америки будет прирастать Азией». Соответственно (и неизбежно!) должна трансформироваться вся система трансатлантических отношений, роль НАТО и характер отношений США с Евросоюзом, Россией и Китаем.)

В данном контексте весьма показательна появившаяся еще в начале этого года на страницах американской «The International Herald Tribune» статья бывшего посла США в Литве (ныне — научного сотрудника вашингтонского Центра стратегических и международных исследований) Кита Смита под претенциозным названием «Российское „энергетическое оружие“ нужно обезвредить».

И хотя автор ведет разговор преимущественно о «западной направленности» этого «оружия», кликушески вещая о том, что «у Запада хватит экономических и политических рычагов, чтобы вынудить Россию перейти к более транспарентной и коммерциализованной практике в области экспорта энергоносителей», истинная подоплека публикации очевидна. А именно — открытая боязнь нарастания энергетической мощи Российской Федерации на внешних рынках, формирующей для т.н. «развитых стран» (особо — США) реальную угрозу потери монопольных позиций.

А один из основных путей приростания российского «энергетического оружия» — расширение топливно-энергетического партнерства с той самой Китайской Народной Республикой. Ибо уже ни для кого в Соединенных Штатах не секрет, что официальный Пекин (кстати — второй в мире крупнейший потребитель нефти после США) рассматривает российское углеводородное сырье как жизненно важный фактор национальной энергетической безопасности и добивается строительства нефтемагистрали протяженностью 1,4 тыс. миль в Дакин.

(По имеющимся прогнозам, зависимость экономики Китая от нефтеимпорта будет возрастать и составит к 2025 г. не менее 9,4 миллиона баррелей в день — 75 % от общего потребления углеводородного топлива).

А это, проще говоря, лупит наотмашь по глобальным замыслам Вашингтона держать в «энергетической уздечке» не только КНР, но и большинства стран Азиатско-тихоокеанского региона ( для краткости — АТР),

Поэтому вполне объяснима истерика г-на К.Смита относительно того, что они (т.е. Соединенные Штаты) «не должны позволять Москве ставить под угрозу энергетическую безопасность цивилизованного мира, особенно молодых демократий, проявляя халатность и нежелание обуздать вновь обретенные Кремлем имперские замашки…».

(Авторская ремарка:
Ей богу, прочитав в солидной «The International Herald Tribune»такие психопатичные выкрики, даже где-то неудобно становится как за саму газету, так и за бывшего посла, лексикон и стилистика речей которого деградировала до уровня раннего Жириновского. Но последний хоть в то время за власть отчаянно боролся. А К.Смит за что?..)

Но вернемся к основному. Достаточно надежным (в рамках ШОС) партнером выглядит и Ислам Каримов. Да, президент Узбекистана всегда отличался готовностью и умением лавировать. Сейчас он просто попал в сложную ситуацию, прежде всего с западным общественным мнением. Однако непонятно, каковы альтернативы его режиму, и что вообще может наступить в Узбекистане и Центральной Азии после Каримова. Это непонятно как в самой стране, так и на Западе. В этих условиях Вашингтон вряд ли будет играть на сознательное ослабление «понятного» режима, который уже никогда не станет союзником радикальных исламистов. Играть не будет, но и каких-либо реальных военно-политических и экономических приоритетов в данной республике не получит.

Что же касается лояльности других участников центральноазиатской концессии, то, опять-таки, не стоит забывать, что Назарбаев, Рахмонов и Бакиев руководят достаточно нестабильными с точки зрения противостояния элит государствами. И в случае резкого крена в одну сторону противоборствующая группировка вполне может использовать ситуацию в собственных целях.

И именно поэтому действующие лидеры трех этих стран как никто другой заинтересованы в дальнейшем укреплении и внутреннем сплочении Шанхайской Организации Сотрудничества, взирая на последнюю (с полным на то основанием) как на мощного гаранта сохранения сегодняшнего уровня стабильности в их государствах. Именно на ШОС, а не на «сеятеля» цветных революций — Соединенные Штаты Америки.

Поэтому все упорные поиски ахиллесовый пяты взрослеющего Левиафана (а именно таковым по нынешний геополитическим меркам и является ШОС) практически всегда приводят к выявлению не болевых точек Организации, а наоборот — ее здорового потенциала на весьма и весьма длительную перспективу. И это радует.

Об авторе

Лавринский Александр

Лавринский Александр

Связанные статьи

0 комментариев

Комментариев пока нет!

Здесь нет комментариев, вы хотите добавить?

Написать комментарий

Написать комментарий

Добавить комментарий

Поиск

без комментариев/no comments

Архив статей по датам

Ноябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Окт    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930  

Подписка на новости

Введите адрес вашей электронной почты, чтобы подписаться на этот блог и получать уведомления о новых записях.